Если байка, что свое главное в науке открытие великий Исаак Ньютон совершил благодаря яблоку, свалившемуся ему на голову, не придумка шутника, то и событие, произошедшее в небесах ровно 25 лет назад, из области загадок.
7 июля 2000 г. на самолете Ан-72 авиации ВВ МВД России в полете по маршруту из Моздока на подмосковный аэродром Чкаловский произошло ЧП.
На высоте 3900 метров загорелось табло «Пользуйся кислородом». Экипаж почему-то воспринял сигнал как ложный и продолжил набор высоты до эшелона 8600 метров. Потеря сознания не только в кабине, но и в пассажирском салоне абсолютно всех находящихся на борту не заставила себя долго ждать.
Что произошло дальше, мне потом рассказал единственный вдруг очнувшийся тогда пассажир. Им оказался полковник Валерий Шалагин, возвращавшийся в столицу из очередной служебной командировки.
— В официальном документе, — вспоминал Валерий Геннадьевич, — есть строки, что меня разбудил упавший мне на ноги пассажир.
Какой там к черту пассажир — в самолете не было ни одного достойного, в смысле веса, человека! Кроме, конечно, штурмана корабля — именно его светлая голова упала на мой правый ботинок с такой силой, что глаза у меня открылись на ширину приклада!
Смотрю — а мы выше облаков, над нами яркое солнце, и пилит наш самолет в его сторону, задрав нос, потому как на штурвалах обоих пилотов лежат руки, а головы опущены вниз!
С трудом пробравшись в пилотскую кабину, Шалагин подтянул к спинке кресла лежащего на штурвале командира экипажа — и вмешался в управление самолетом на высоте 8800 метров.
Пилотировал до тех пор, пока экипаж не восстановил на высоте 1500 метров работоспособность для аварийной посадки воздушного судна в Ростове.
Всемирный фонд безопасности полетов на 56-м Ежегодном международном семинаре по безопасности полетов в Вашингтоне 10 ноября 2003 г. за высокий профессионализм, проявленный в чрезвычайно опасной ситуации, наградил полковника запаса Валерия Шалагина Почетным дипломом.
В России диплом «За героизм, мужество и находчивость» от имени Фонда «Безопасность полетов» Шалагину вручал член правления этой организации, тогдашний помощник президента РФ по вопросам авиации и космонавтики Евгений Шапошников.
Стоит напомнить, что своими своевременными и профессиональными действиями в крайне неблагоприятных обстоятельствах полета полковник Шалагин сумел спасти жизни 29 пассажирам самолета Ан-72. И далеко не простых пассажиров. Одна из центральных газет по этому поводу назвала свой репортаж «Как один пассажир спас жизнь 4 генералам, 23 полковникам, 2 прапорщикам и 5 членам экипажа».
Если читатель по-прежнему верит, что в одну воронку снаряд дважды не попадает, то это не про Шалагина.
В 2006 г. его своевременное вмешательство при схожих обстоятельствах в действия экипажа предотвратило еще одно авиационное происшествие и снова с самолетом Ан-72 авиации РВСН на маршруте Капустин Яр — Приозерск.
Как ни странно, и на сей раз на сигнал о разгерметизации «Пользуйся кислородом» на эшелоне более 8000 метров, через 30 минут после взлета экипаж своевременно не отреагировал.
Это счастье, что в числе пассажиров был уже вооруженный подобным печальным опытом Шалагин, летевший в служебную командировку в составе группы специалистов ОКБ «МВЗ им. М.Л.Миля».
Оценив серьезность ситуации, вошел в кабину и убедил экипаж в необходимости произвести срочное снижение из-за наступающей гипоксии. Командир возражать не стал и принял решение о возврате на аэродром вылета.
Таким образом, снова действия Шалагина, как свидетельствует официальный документ, «способствовали спасению жизни экипажа, пассажиров и дорогостоящей авиационной техники».
Вообще специалисты по безопасности полетов оба эти случая квалифицируют как уникальные, а действия Шалагина как единственно правильные.
Полковник запаса Шалагин, получивший два высших военных образования, отслуживший срок в армии, ныне трудится по специальности авиационного инженера по эксплуатации вертолетов в должности главного специалиста в Дирекции послепродажного обслуживания АО «Национальный центр вертолетостроения имени М.Л. Миля и Н.И. Камова».
В канун годовщины события 25-летней давности «Свободной Прессе» удалось связаться с героем. Было это непросто, потому что Валерий Геннадьевич находился в очередной рабочей командировке, на этот раз в Баку.
Как всегда, в качестве главного специалиста дирекции послепродажного обслуживания и эксплуатации вертолетов гражданской авиации — для контроля работоспособности отечественных винтокрылых машин в любой точке земного шара.
Бывая в тех местах, где применяются вертолеты Миля, он, когда-то начавший свою рабочую карьеру как бортовой техник вертолета Ми-24А, с гордостью говорит о достоинствах Ми-8, наших машинах, признанных техническим шедевром во всем мире.
— Не могу не поклониться памяти Михаила Леонтьевича Миля, создавшего замечательный летательный аппарат, работающий с одинаковым успехом в диапазоне от минус 60 до плюс 50! Даже американцы свой спецназ перевозили на наших Ми-8МТ в горных районах Афганистана, их высочайшие летные качества признал и министр обороны США.
На вопрос, как он, профессиональный вертолетчик, сумел справиться в тот июльский день со штурвалом неуправляемого Ан-72, он ответил так:
— В академии имени Жуковского был тренажер СУ-27, во время учебы не воспользоваться им было просто невозможно. Вам же не надо говорить о том, что мечта каждого авиационного человека — полетать! Так я и «полетал» на нем! Жаль, что в 1994 году тренажер вывели из строя.
Вертолетное мастерство он осваивал еще в процессе боевых командировок в Афганистан и Чечню. Кстати за Афган награжден медалью «За боевые заслуги». Ночью в горах под обстрелом спасали вертолет Ми-24: меняли агрегат запуска — воздушный стартер, а это очень хлопотно и трудоемко.
Позади у полковника многолетняя безупречная служба в авиации, отмеченная наградами. А ведь была в его судьбе еще и Чернобыльская эпопея. И заслуженный орден «За службу Родине в ВС СССР» III степени — «За мужество и героизм при выполнении заданий командования при ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС».
Сегодня вся жизнь полковника запаса Шалагина наполнена командировками, о целях которых уже сказано.
— Нет мысли, наконец, остановиться, отправиться на заслуженный покой? — задаю еще вопрос.
— Семье, конечно это уже не очень правится. Но не смогу без работы и вертолетов. Тут у нас взаимная любовь. Свои знания и любовь к вертолетам передал и сыну Александру, который тоже трудится на этой ниве…
На прощание спрашиваю, не снится ли по ночам тот июльский полет между жизнью и гибелью.
— Не снится, — отвечает. — Поначалу приучил себя даже не спать в полетах на вертолетах и самолетах. Но позже привычка прошла. Зато после второго случая явилась мысль о том, что во мне, по-видимому, заложена такая миссия — быть готовым ко всему. В жизни ведь всякое может случиться…
