После осенних каникул все школы страны получили от Министерства просвещения документ: «Полный список писателей, признанных Минюстом РФ иностранными агентами». В нём 37 имён. Учителям литературы рекомендовано не упоминать этих авторов на уроках, библиотекарям — не выдавать их книги школьникам. Об этом «Свободной Прессе» рассказали столичные учителя.
Рекомендация относительно некоторых авторов удивила педагогов. К примеру, под запрет попала героическая трилогия Анатолия Брусникина* — «Девятный Спас» (об освобождении от монгольского ига), «Герой иного времени» (о Лермонтове и кавказской войне), «Беллона» (о героизме русских воинов во время Крымской войны). Более славянофильских и патриотичных произведений в новом веке, пожалуй, и написано-то не было.
Есть в списках и другие талантливые авторы, произведения которых буквально напитаны любовью к Родине.
Вообще из наиболее популярных современных авторов не запрещены только Пелевин и Сорокин с их матерщиной и сексуально-перверсивными героями, да авторши тоненьких повестей для домохозяек. Это читать школьникам можно.
Учителя удивлены, но не хотят вызвать на себя гнев министерства, поэтому высказываются анонимно.
— Если запрещать авторов за то, что они уехали из России, или за критику действующей власти, то запретить можно и всех классиков. Пушкин был критиком власти, Лермонтов написал: «Страна рабов, страна господ», Толстой был отлучён от церкви, Достоевский сидел за антигосударственную деятельность, Горький жил в Италии. Что уж говорить о Некрасове и Тургеневе, которые не только сами призывали к бунту, но и издавали в своих журналах других бунтовщиков. Если мерить такими мерками, то в школе можно преподавать только Виталия Бианки и Агнию Барто. Хотя и по Барто могут возникнуть вопросы, — таково собирательное мнение педагогов.
А вот литературная общественность (не очень известные, но разрешенные писатели) в большинстве своём согласны с запретом. Об этом «Свободной Прессе» рассказал председатель Русского литературного общества Александр Чистяков.
«СП»: Александр Александрович, иноагент — не обязательно враг. Брусникин-то чем не угодил?
— Я считаю, что эти пока еще граждане, иноагенты, сами вычеркнули себя из отечественной культуры.
Запретить их в школе — очень своевременное, если не запоздалое решение Минпросвещения.
У нас и так слишком мало осталось уроков, где можно воспитывать гражданина. Математика, информатика — такое впечатление, что России нужны миллионы бухгалтеров и программистов, а не граждане, любящие свою страну и знающие её историю.
Вот представьте себе, что какая-нибудь учительница начнет преподавать Крымскую войну по романам иноагента. Дети запомнят, что это хороший писатель, раз его в школе в пример приводят. А потом ребёнок наткнется на его политические высказывания в интернете, и будет ему верить — как учителю…
Если мы возвращаемся к лучшим традициям единой системы образования, то разночтения в отношении к иноагентам быть не должно. Слава Богу и спасибо Путину, что наконец-то школа перестала тупо предоставлять образовательные услуги, а снова занимается воспитанием и просвещением.
Просвещение — это еще и патриотическое воспитание гражданина. В таком ключе имена иноагентов вообще не должны упоминаться в учебном процессе.
«СП»: Перечень запрещённых для школы писателей основан на списках, которые составили те же самые бухгалтеры — только из Минюста. Вряд ли они много читают. Может быть, оставить это на усмотрение читающих?
— Конечно, именно Министерство юстиции должно решать. Школа сама такие вопросы решать не может, всякие родительские комитеты — тем более.
Пора уже привыкнуть, что закон един для всех. А свобода творческой личности заканчивается там, где начинаются интересы общества. У нас же большинство учителей как раз получали образование в 90-е годы по учебным пособиям негодяя Сороса. Для них иноагенты — это духовные лидеры.
Это прискорбно.
Вот пример. В начале СВО я попросил двух школьных учителей (географа и физрука) собрать письма для бойцов. Директора их школ были очень недовольны. А уж когда я этих учителей пригласил с собранными письмами в поездку на Донбасс — вообще отпускать не хотели даже в отпуск за свой счёт.
А когда мы вернулись с Донбасса — им не разрешили на уроках об этом рассказывать, а уж тем более запретили показывать ролики, где бойцы читают письма и благодарят детей.
Потом, правда, переобулись в полёте, когда сверху пришла указивка. Но я уверен, что эти директора школ до сих пор ходят с фигой в кармане в лучших традициях советских диссидентов.
Поймите: СВО идёт не только в Курске и на Донбассе. СВО у нас в головах. Очень трудно понять, что кумиры прошлого оказались не шибко порядочными людьми. Но это необходимо.
«СП»: Запретный плод сладок. Не является ли «школьный бан» дополнительной рекламой для этих писателей?
— В конце советской эпохи прослыть запрещенным писателем было круто. Правда, большинство этих запрещённых премии получали на Лубянке… Но тогда вся страна читала книги. А сейчас много ли школьников сможет назвать хоть пять фамилий современных писателей? Каждая изредка прочитанная книга для них — откровение, каждый прочитанный писатель — кумиром сразу становится.
Когда-то наступят времена, похожие на конец советской эпохи, и все эти иноагенты могут снова стать модными. Это неизбежный откат. Вот как раз для того, чтобы Россия не погибла в следующую перестройку, и нужно держать всяких иноагентов за порогом школы.
